Кто такой новый президент Афганистана

Разногласия из-за результатов президентских выборов в Афганистане длились несколько недель и сопровождались массовыми протестами по поводу обнаруженных в ходе их нарушений, целью которых было не допустить победы сторонника реформ Абдуллы Абдуллы. Этот кандидат, служивший ранее в рядах афганских моджахедов, проявил изрядное упорство, поэтому в конечном итоге все закончилось призывом населения к соблюдению спокойствия, а стороны конфликта решили начать переговоры, которые закончились созданием коалиции. На этом основании Избирательная комиссия Афганистана объявила, что новым президентом страны станет Ашраф Гани Ахмадзай, а согласно договоренности о создании правительства национального единства его конкурент на выборах Абдулла Абдулла займет пост исполнительного главы с полномочиями премьер-министра и возглавит совет министров.0,,17764265_303,00

Еще до объявления результатов президентских выборов было очевидно, что в интеллектуальном и политическом плане Ашраф Гани Ахмадзай более близок Соединенным Штатам, чем его главный соперник Абдулла Абдулла. Данное обстоятельство облегчало подписание пресловутого соглашения о безопасности, которое так продвигали американцы. С другой стороны, Абдулла Абдулла, принявший участие в избирательной кампании под лозунгами реформ, не пользовался большой поддержкой США ввиду отсутствия у него четкой программы действий и не был желательной кандидатурой для Вашингтона. Поэтому еще за несколько дней до начала в стране президентских выборов стали распространяться слухи о готовящихся подтасовках результатов голосования в пользу Ашрафа Гани. В конце концов, при посредничестве госсекретаря США Джона Керри между двумя кандидатами были проведены переговоры, результатом которых стало принятие решения о разделе власти в стране. О разных аспектах и последствиях данного решения мы еще расскажем в других наших статьях.

Отдел специальных репортажей информагентства Mashregh News представляет вниманию своих читателей серию статей о двух кандидатах нашумевших президентских выборов в Афганистане с указанием на примечательные моменты их биографий.

Мохаммад Ашраф Гани Ахмадзай родился в 1949 году в провинции Логар к югу от Кабула. Он получил образование в Американском университете Бейрута и Колумбийском университете Нью-Йорка и имеет ученую степень кандидата наук по специальности этнология. Ашраф Гани много лет работал во Всемирном банке и часто выступал в международных СМИ в качестве специалиста и аналитика по вопросам развития Афганистана. Политик также занимался педагогической работой в американском частном исследовательском Университете Джона Хопкинса и датском Орхусском университете.

В октябре 2001 года Ашраф Гани стал советником специального представителя ООН по делам Афганистана Лахдара Брахими и начал свою деятельность в этой стране. Однако всего лишь через несколько месяцев после этого он был назначен высшим советников президента страны Хамида Карзая. Помимо этого, Гани возглавил Управление по координации международной помощи Афганистану.

После президентских выборов 2004 года Ахмадзай не получил места в избранном кабинете министров и был назначен ректором Кабульского университета. Однако спустя два года он оставил свой пост и стал одним из серьезных критиков правительства Хамида Карзая. Причиной коррупции в государственных структурах и неудач программ борьбы с ней, проводимых Карзаем, он считал слабое руководство тогдашнего президента страны.

В 2006 году кандидатура Ахмадзая была выдвинута Афганистаном в качестве претендента на пост генерального секретаря ООН, который освободился после завершения полномочий Кофи Аннана, однако тогда предпочтение было отдано нынешнему главе этой организации Пан Ги Муну. В 2009 году он принял участие в очередных президентских выборах в Афганистане, на которых составил конкуренцию Хамиду Карзаю, но смог набрать лишь незначительное число голосов.

В период своего второго президентского срока Карзай назначил Ахмадзая куратором программы перехода ответственности за безопасность в стране от иностранных сил к собственно афганским формированиям. В правительстве прошлого президента Ахмадзай считался одним из главных идеологов «афганизации» государственных органов безопасности.

Если на президентских выборах в 2009 году Ашраф Гани занял лишь четвертое место, то по итогам первого тура выборов в этом году он набрал 37,6% голосов избирателей. Вслед за этим он принял участие во втором туре голосования вместе со своим главным соперником Абдуллой Абдуллой и по первоначальным результатам за него проголосовали 56,44%  от общего числа избирателей. Однако затем последовали протесты самого Абдуллы Абдуллы, который в качестве аргументов представил шесть документальных свидетельств подтасовок результатов голосования. Таким образом, Ахмадзай был вынужден согласиться на пересчет голосов избирателей.

Научные заслуги Ашрафа Гани

Весьма подробно пишет об Ашрафе Гани аспирант Эссекского университета в Великобритании Залми Нешат в своей статье от 11 мая этого года.

В конце 60-х годов (между 1966 и 1967) Гани окончил лицей «Хабибия» в Кабуле и поступил в Американский университет Бейрута в Ливане, где и познакомился со своей нынешней супругой Рулой Сааде. Ашраф Гани прожил в Бейруте почти десять лет и в 1977 году закончил курс магистратуры по специальности антропология. Стипендия Гани и еще порядка 70 учащихся выплачивалась из американского студенческого фонда USAD (United States Academic Decathlon).

Рула Сааде родилась в семье ливанских христиан, однако, судя по всему, ее родственники больше придерживаются секулярных взглядов. Брат Рулы Фуад Сааде был одним из ливанских ученых-марксистов. Мохаммад Джамил Ханафи, учившийся с Ашрафом Гани на одном курсе в бейрутском университете и затем защитивший свою диссертацию по этнологии в США, пишет в своей статье, что, возможно, Фуад Сааде помогал Гани в написании его магистерской дипломной работе. Тот же автор указывает на большое сходство между магистерской и кандидатской диссертациями Гани.

После окончания учебы в магистратуре в 1977 году он вернулся в Афганистан и непродолжительное время – менее полугода – преподавал в Кабульском университете. В том же году Гани, получив стипендию из американского фонда, вместе с 70 другими студентами направился на учебу в Соединенные Штаты, где поступил в Колумбийский университет. С 1977 по 1984 года он занимался исследовательской работой, учась в аспирантуре.

Защитив кандидатскую диссертацию, он поступает в штат недавно созданного факультета антропологии Университета Джона Хопкинса, где работает в качестве преподавателя вплоть до своего перехода во Всемирный банк. В 1987 году с целью проведения полевых исследований он отправляется в Пакистан и непродолжительный период работает в лагерях беженцев и религиозных школах. Кстати, в ходе избирательной кампании в этом году Гани утверждал, что именно в период работы в Пакистане он прочитал персидский перевод книги «Житие пророка» («Ар-Рахик Аль-Махтум») пакистанского автора Сафы Ар-Рахмана Аль-Мобаракпури, арабская версия которой в 1979 году получила первую награду Всемирной исламской лиги. Это при том, что целью его поездки в Пакистан было не получение религиозного образования, а проведение полевых исследований.

Президент Афганистана и его жена "Рола Саада
Президент Афганистана и его жена «Рола Саада

Научные труды Ашрафа Гани

Еще не окончив кандидатскую диссертацию, Ашраф Гани опубликовал две свои статьи в научных журналах. Первая под названием «Ислам и государственное строительство в племенном обществе Афганистана: 1880–1901» была издана в 1977 году, а вторая «Прения в шариатском суде, Кунарское ущелье, Афганистан, 1885 – 1890» вышла в свет в 1983 году. Издательство Колумбийского университета сначала хотело опубликовать его кандидатскую диссертацию, однако потом по непонятным причинам — возможно, из-за ее большого сходства с магистерской работой – договор был расторгнут. Сейчас кандидатская диссертация Ашрафа Гани находится в открытом доступе в интернете.

После окончания аспирантуры он уже перестал публиковать свои авторские исследования. Между 1985 и 1989 годами Гани издал только четыре критических статьи о некоторых вышедших в свет монографиях и интервью с известным австрийским ученым и антропологом Эриком Вульфом.

С научной точки зрения следует сказать, что ни одна из его последних работ в действительности не может считаться серьезным научным исследованием. Его последняя монография, написанная в сотрудничестве с Клэр Локхарт, по сути представляет собой совместное исследование. Называется книга «Восстановление несостоявшихся государств: контекст для возрождения разрушенного мира» (Fixing Failed States: A Framework for Rebuilding a Fractured World).

Работа является плодом совместных усилий авторов, которые проводили свои исследования в Афганистане после разгрома талибов. В целом, монография не посвящена исключительно афганским проблемам, а представляет собой изложение общей теории такого непростого процесса, как государственное строительство. По мнению обоих авторов, во всем мире от 40 до 60 стран имеют слабый и неэффективный государственный строй, поэтому их книга в качестве некоего путеводителя предлагает проекты для осуществления государственного строительства в XXI веке.

Концепция Ашрафа Гани

Кандидатская диссертация Ашрафа Гани называется «Производство и власть: Афганистан в 1747 – 1901 годах». В своей работе он утверждает, что Афганистан с точки зрения структуры (политической, экономической, социальной и бюрократической) изменился самым коренным образом. Для доказательства своего утверждения он делит историю развития страны на два периода: первый с 1500 до 1720 и второй с 1747 по 1901 года. По мнению Ашрафа Гани, в первый период в стране господствовала структура персоязычной культуры, тогда как во второй она уступила свое место другой структуре — племенной с преобладанием пуштунского элемента. На его взгляд, этот процесс начался в 1747 году, когда к власти пришел Ахмад-шах Дуррани, и полностью сформировался в конце правления эмира Абур-Рахмана.

Для человека, имеющего отдаленные представления о политической философии, вступление к диссертационной работе Ашрафа Гани, наверное, покажет слишком витиеватым. Фактически, в нем он пытается выразить простую мысль, но использует при этом сложные понятия. Автор пытается критиковать концепцию структурализма, поскольку ее сторонники убеждены в перманентности социальных структур. В шестидесятых годах прошлого века структурализм прочно вошел в сферу этнологии и одним из его виднейших представителей был американский философ и культуролог Лео Штраус. Однако в семидесятых и восьмидесятых годах в адрес этой идеологии стала звучать критика и в конце концов был признан факт того, что между структурой и человеком существует диалектическая связь и обмен, а с изменением одного из них меняется и другое. Ашрафу Гани нужна была именно такая концепция для теоретического объяснения проблемы изменения структур в Афганистане.

Таким образом, по теории Ашрафа Гани, Афганистан, с точки зрения господствующей структуры власти и экономики, превратился в своего рода племенное государство. Другими словами, распределение власти, бюрократический строй, налоговая система и другие государственные институты строятся на основе племенных отношений. Поэтому можно сделать вывод о том, что целью написания этой работы для Ашрафа Гани стала популяризация данной идеологии как в самом Афганистане, так и за его пределами, а также попытка сохранить племенную систему страны. Аналогичные идеи отражаются и в двух его статьях, изданных еще до получения кандидатской степени.

Коренная трансформация концепции Ашрафа Гани

Однако в своей монографии, изданной в 2009 году совместно с директором американского Института государственной эффективности (Institute for State Effectiveness) Клэр Локхарт, он проводит мысль о том, что процесс государственного строительства всецело базируется на так называемом методе гражданской оси. Поэтому, как он утверждает, в XXI веке уже нельзя использовать модель государственного строительства европейских стран, применяемую в XVI – XX веках, когда в большинстве случаев для этого применялась сила. Как считают Ашраф Гани и Клэр Локхарт, в XXI веке необходимо, чтобы процесс государственного строительства сочетался с предоставлением гражданам социально-экономических услуг, ведь важно ставить во главу угла обеспечение потребностей граждан, а не принуждать их к чему-то силой.

Итак, становится очевидным, что здесь кроется фундаментальное отхождение Ашрафа Гани от его первоначальных идей. В семидесятых – восьмидесятых годах он придерживался мнения о том, что общество и политика в Афганистане имеют исключительно племенной характер и в них нет место не только гражданину, то и любой индивидуальности, потому как человек в племени не имеет никакой самостоятельной роли и полностью подчинен его законам. Однако вопреки данным убеждениям в книге, написанной совместно с Локхард, государственное строительство изображается как процесс, в котором ведущая роль принадлежит все-таки гражданину.

В связи с этим главный вопрос сводится к следующему: неужели почти за 23 года после написания своей диссертации представления автора претерпели такое сильное изменение? Доверяет ли он по-прежнему европейской модели государственного строительства, применяемой в XVI–XX веках, или отдал предпочтение методу XXI века, ориентированному на гражданское общество?

Судя по содержанию статьи Ашрафа Гани, опубликованной в афганской газете Hash-e Sobh под заголовком «Неоконченная глава истории Афганистана», он намерен «окончить главу» государственного строительства страны по модели эмиров Абур-Рахмана и Хабибуллы-хана и короля Амануллы-хана, используя при этом националистические идеи, разработанные в первой половине ХХ века известным афганским писателем и просветителем Махмуд-беком Тарзи. Подобные устремления нынешнего президента были недвусмысленно заявлены им еще в период последней избирательной кампании. По сути, данное обстоятельство говорит о том, что представления Ашрафа Гани не сильно изменились за более чем два десятка лет после окончания обучения в аспирантуре.

При этом необходимо отметить, что данная модель государственного строительства уже выявила свои ограниченные возможности. Она не рассчитана на все население страны и даже на его большую часть. Это при том, что Афганистан населяют разные народы, у каждого из которых собственные язык и культура.

Как видно, в своих трудах Ашраф Гани продолжает отстаивать идею преемственности, но тогда встает следующий вопрос: в чем истинный смысл его предвыборного лозунга о «перемене»? Из речей представителей его штаба и опубликованной ими хартии можно заключить, что для Ашрафа Гани «перемена» представляет собой использование помощи международного сообщества для того, чтобы довести до конца «неоконченную главу».

Поэтому вполне закономерно, что в ходе выборов Ашраф Гани заявил о своем нежелании использовать термин «гражданин», который, как он считает, следовало бы заменить на понятие «ватандар» (человек, имеющий родину). Фактически, это и означает продолжение прежних традиций.

Ашраф Гани — второй по значимости интеллектуал мирового значения?

К настоящему времени Ашраф Гани опубликовал в научных журналах только две свои статьи. Его кандидатская диссертация так и не вышла в свет, а единственная книга под его авторством, по сути, является совместным трудом с другим исследователем. Иначе говоря, Ашраф Гани не опубликовал ни одну самостоятельную монографию. Как же тогда получилось, что, имея всего лишь две незамысловатые статьи, в 2013 году он был объявлен вторым интеллектуалом мирового значения после биолога Ричард Докинза из Оксфордского университета? Подобное утверждение британского журнала Prospect настолько абсурдно, что просто задевает достоинство его читателей. Ведь в научной области есть огромное количество видных деятелей, которые написали десяти монографий и сотни статей, но все же не удостоились столь высокого звания. Впрочем, действительно заслуженные деятели сочли бы для себя оскорбительным предоставление подобного звания. К сожалению, представителям стран третьего мира весьма лестно получать такие отзывы о себе. Другим аналогичный случай описывается в статье Азиза Хакими под заголовком «Почем философ мирового значения?», опубликованной в Hasht-e Sobh. В ней рассказывается о предоставлении звания «философа мирового значения» афганскому математику Сидику Афгану.

Ричард Докинз и Ашраф Гани
Ричард Докинз и Ашраф Гани

Джамиль Ханифи об Ашрафе Гани

Мохаммад Джамиль Ханифи получил свою степень кандидата наук по специальности антропология в Иллинойском университете и в настоящее время работает в Мичиганском университете. Он убежден, что в статье «Неоконченная глава истории Афганистана» и других своих работах Ашраф Гани не сказал ничего нового о генеалогии афганских племен и истории самой страны. Основную часть этих текстов представляют вырванные из контекста и не подтвержденные отрывки из политических и научных источников на английском языке европейских и американских авторов. Более того, свидетельство о присвоении Ашрафу Гани ученой степени, полученное на Западе, содержит ряд странных особенностей.

Далее Ханифи утверждает: «В статье под названием «Ашраф Гани Ахмадзай — второй по значимости интеллектуал мирового значения» значится, что он родился в семье «кочевников» в провинции Логар. Подобное утверждение не может заслуживать никакого доверия. Ашраф Гани родился и вырос в одном из старинных районов Кабула, который называется «Гозар-е Фурмули-ха», на севере гор Балакух. Он не родился в провинции Логар и не провел там детство, как заявляет об этом в своих официальных речах. Его отец Шах Пасанд, которого также называли Шах Джан и Шир Ага, не имел никаких подтвержденных связей с кочевыми или оседлыми пуштунами в Афганистане. Шах Пасанд никогда не работал в правительстве Афганистана. Будучи еще молодым человеком, он состоял на службе в одной частной кабульской компании с долей государственного капитала, которая не входила в число правительственных ведомств. В восьмидесятых годах Шах Пасанд переехал в Пакистан, где открыл крупную транспортную компанию».

Доктор Джамиль Ханифи
Доктор Джамиль Ханифи

«Заявления Ашрафа Гани о его принадлежности к роду Ахмадзай, — продолжает он, — вовсе лишено всяких доказательств. Принадлежность к какому-либо пуштунскому роду необходимо доказать предоставлением документа. Семья деда со стороны отца Ашрафа Гани, видимо, была связана с одним из землевладельцев в Сохраб-Логаре. Его прадед, носивший древнее персидское имя Бахрам, оказывал поддержку оккупационным властям Великобритании во время второй англо-афганской войны в 1878–1880 годах. Свидетельства об этом содержатся в большом количестве опубликованных материалов об этой войне. Кроме того, дед Ашрафа Гани по отцовской линии по имени Абдул Гани сотрудничал с нанятыми англичанами войсками под командованием Мохаммеда Надира-шах в 1929–1930 годах в период свержения эмира Хабибуллы Бача-и Сакао. В качестве благодарности за свою службу Абдул Гани получил от Надир-шаха почетное воинское звание, внушительную денежную сумму и жилой дом в старой части Кабула. В нем располагались экспроприированные квартиры бывших противников властей. Есть информация о том, что в тридцатых и сороковых годах прошлого века Абдул Гани пользовался большим авторитетом в одной из преступных группировок, орудовавшей в степи Сагаве провинции Логар. Их лидером был жестокий грабитель по имени Балай, часто посещавший дом Абдула Гани. Балай был младшим братом второй жены Абдула Гани, бабки Ашрафа».

«Коукябе, мать Ашрафа Гани, — пишет Ханифи, — которую также называли Зияголь, была дочерью Ахмада Али Лоудина из Кухдамана. Семья, в которой я вырос, общалась с родственниками Ашрафа Гани. При рождении его назвали Ашрафом в честь Мир Ашрафа-шаха Хотаки, одного из пуштунских лидеров, правивших в иранском Исфагане в XVIII веке. Вопреки заявлениям Ашрафа Гани на его веб-сайте, начальное образование он получил в Кабуле, а не в Логаре. Приставку «Гани» к его имени прибавили во время учебы в лицее. В семидесятых годах под именем Ашраф Гани Ахмадзай он поступил в Американский университет Бейрута. С тех пор он пользуется этими тремя именами, подчас противореча самому себе».

«В семидесятых годах Гани, — вспоминает Ханифи, — в качестве переводчика работал в ряде научных проектов с участием европейских и американских специалистов. Знакомство с представителями научных кругов западных стран помогло Ашрафу Гани поступить в Бейрутский и Колумбийский университеты. С 2001 года он состоял высшим советником при американских политиках, осуществивших интервенцию в Афганистан. На самом деле заслуги Ашрафа Гани перед оккупационными войсками США мало чем отличались от тех, которые совершали его предки перед англичанами в период первой англо-афганской войны и в 1929–1930 годах».

Культурная связь Ашрафа Гани с пуштунским племенным обществом, утверждает антрополог, не существует уже как минимум три поколения (с концы XIX столетия). Пуштунская самобытность состоит из трех элементов: «пуштунская кровь», «пуштунская речь» в качестве родного языка и «пуштунская манера поведения». Учитывая биографию и социальное происхождение Ашрафа Гани, его заявленная принадлежность к пуштунам ограничивается всего лишь способностью общаться на их языке и умело подделывать их специфический говор. В действительности Ашраф Гани родом из Кабула. В 2001 году он и его брат Хешмат Гани преднамеренно составили себе родословную кочевых пуштунов.

Как пишет Ханифи, опубликовано много снимков Ашрафа Гани. На одном из них, датированным 2009 годом, он изображен  почти обнаженным (во время омовения перед молитвой!) в одном из публичных мест где-то на востоке страны. Подобный жест, рассчитанный на завоевание популярности у народа, никак не совместим с представлениями исламской культуры Афганистана. Между тем у Гани причудливая страсть облачаться в самые разные костюмы.  В Афганистане никто, кроме Ашрафа Гани, не имеет такого богатого гардероба, состоящего из различных европейских костюмов, афганских лунги (куска материи, обматываемый мужчинами на бедрах) и других затейливых нарядов. Однако он ни разу не надел чин (зеленую полосатую накидку с длинными рукавами, которую носит Хамид Карзай). Также никогда не было замечено, чтобы Ашраф Гани надел в какой-нибудь европейской стране или США ту традиционную афганскую одежду, которую он носит в Афганистане. Причины разных вкусовых пристрастий Ашрафа Гани в плане одежды, видимо, ясны только его супруге Руле и бывшему директору ЦРУ, четырехзвездному американскому генералу Дэвиду Хоуэллу Петрэусу.

«Ашраф Гани и Клэр Локхарт, — продолжает ученый, — совместными усилиями написали книгу «Восстановление несостоявшихся государств», которая отчасти посвящена и Афганистану. Для принципиального опровержения этой работы достаточно обратиться к главе 19 монографии «Пособие по политической экономике войны» («The Handbook on the Political Economy of War») Кристофера Койна (Christopher J. Coyne) и Рейчел Мазерз (Rachel Mathers), выпущенной в 2011 году Институтом Катона (американской исследовательской и просветительской организацией либертарианского направления). Ашраф Гани — член «Атлантического совета США» (неправительственной организации, цель которой — продвижение конструктивного лидерства США на международной арене), а Клэр Локхарт сотрудничает с Аспенской стратегической группой (американской внепартийной группой экспертов по внешней политике). Гани и Локхарт совместно руководят Институтом государственной эффективности, штаб-квартира которого располагается в Вашингтоне. Недавно эти деятели выдвинули проект «Готовности к новой Сирии», а самого Ашрафа Гани британский журнал Prospect назвал «вторым интеллектуалом мирового значения по итогам 2013 года». В 2009 году газета New-York Times назвала его «самым западным кандидатом на президентских выборах в Афганистане». В 2006 году видный сирийский антрополог Рула Надер сообщила мне, что Ашраф Гани известен среди европейских и американских ученых и высшего политического руководства их стран благодаря тому, что очень хорошо владеет английским языком. Американский социолог и директор компании, поддерживающей проект «Занятость в Афганистане», Майкл Кеннеди на конференции в Брауновском университете США в 2009 году, посвященной проблемам этой страны, дал Ашрафу Гани следующую характеристику: «Я бы желал, чтобы таких людей, как ты, было много. Прекрасно! Посмотрите, как он двигает своими изумительными голубиными руками, глазами и пальцами».

Когда Ашраф Гани был министром финансов Афганистана, на заседаниях кабинета правительства он был известен как человек сварливый и резкий. Занимая пост ректора Кабульского университета, он прославился неуважительным отношением к своим преподавателям. Однако во время встреч и бесед с гостями из европейских стран и США он вел себя очень тихо и сдержанно. Такое неоднозначное поведение также проявляется в дебатах Ашрафа Гани и его жестикуляциях во время выступления перед общественностью.

В 2008 году в ходе одной конференции в стенах американского исследовательского Брукингского института специальный представитель генерального секретаря ООН по делам Афганистана Лахдар Брахими в присутствии Ашрафа Гани высказался о нем следующим образом: «Это было настоящим опытом сотрудничать с ним целых два года в Афганистане. Работу с ним я мог бы описать при помощи такой притчи. Один кочевник пытался нагрузить на своего верблюда как можно больше груза. Одну за другой он клал на спину верблюда тяжелую поклажу. В конце концов, он пришел с еще одной огромной сумой и сказал: «Не знаю, водрузить ее тоже или нет?» Тогда верблюд повернулся к нему и ответил: «Клади, клади, я и без этого не могу подняться». Ашраф Гани очень похож на этого кочевника. Его отличие состоит лишь в том, что он заставляет своего верблюда встать на ноги».

Известный американский специалист по стратегии Джеймс Карвилл (James Carville) ни от кого не скрывал, что на президентских выборах в 2009 году он был советником и консультантом Ашрафа Гани. В одном из своих выступлений Гани дал следующую оценку Карвиллу: «Этот человек очень хорошо меня понимает. Он вырос в Новом Орлеане. Если вы поживете в этом городе, то поймете и то, какого жить в Афганистане». Новый Орлеан – родной город Карвилла. Что же касается самого Гани, то теперь понятно, почему некоторое время он был представителем Соединенных Штатов в «Координационной комиссии Афганистана».

12 предписаний Джеймса Карвилла

Член Демократической партии США, бывший сотрудник избирательного штаба Билла Клинтона и советник премьер-министра израильского режима Джеймс Карвилл в этом году снова оказался во главе избирательного штаба и советников по предвыборной кампании Ашрафа Гани Ахмадзая. Дав несколько советов, простых на первый взгляд, но на самом деле весьма важных, он получил гонорар в размене 30 тысяч долларов.

Рекомендации господина Джеймса Карвилла, данные им 2 февраля этого года, сводились к следующему:

«Уважаемый Ашраф Гани Ахмадзай!

1. Во всех случаях ведите себя так, чтобы все считали, что вы уже одержали победу.
2. В общении с избирателями не забывайте улыбаться, но перед лицом противника помните о своей непреклонности.
3. Следите за своими эмоциями, особенно на виду у всех и перед телекамерами.
4. Перед выступлением как минимум два раза повторите в памяти текст своей речи.
5. Не забывайте крепко спать каждую ночь, потому что следы усталости на вашем лице разочаруют ваших сторонников.
6. В каждом своем выступлении давайте обещание своим избирателям решить как минимум две их самые общие проблемы.
7. Всегда половину своего внимания уделяйте поведению своего соперника (ваши один глаз и одно ухо всегда должны следить за ним).
8. На встрече с официальными представителями зарубежных государств демонстрируйте уверенность в себе. Самый простой способ сделать это состоит в следующем: запрокиньте одну ногу на другую так, чтобы был виден ваш чистый ботинок и черный носок. Я всегда советовал так поступать президенту Обаме.
9. Точно по времени принимайте свои лекарства. Возможно, до окончания выборов лучше нанять для этого специального помощника.
10. Я настоятельно советую каждый день заниматься йогой в течение 30 минут. Это полезно и даже необходимо для того, чтобы лучше сосредотачиваться и сохранять спокойствие.
11. Во время продолжительной работы во второй половине дня советую употреблять стимулирующие напитки крепостью не более 30 градусов. Хотя, наверное, из религиозных соображений вы не сможете этого сделать.
12. Обращайте внимания на свои предвыборные баннеры. На них не должны использоваться фотографии без тщательного ретуширования. На крупных плакатах круги под глазами, морщины на подбородке и вокруг носа выглядят некрасиво. Все это должно быть убрано.

Факторы возможного провала Ашрафа Гани

По мнению многих экспертов, занимающихся вопросами политики Афганистана, существуют несколько факторов того, что, учитывая особый склад населения Афганистана, Ашраф Гани может не справиться с обязанностями президента этой страны.

1. Чрезмерная опора на Запад

Все надежды Ашрафа Гани связаны с западной поддержкой, а не с афганским народом. В этом убеждена подавляющая часть населения страны. В своем преклонении перед Соединенными Штатами он превзошел даже Карзая и других его соратников. Гани пристально наблюдал за Карзаем еще со времен Боннской конференции по Афганистану (на которой тот и был выбран главой временного правительства после свержения талибов) и думал про себя, что если Запад окажет помощь ему, он тоже придет к власти. По этой причине для него предвыборная кампания была простым спектаклем, в котором реальная поддержка народа вовсе не нужна, ведь подтасовка результатов голосования и влияние на его результат были заранее спланированы американцами.

2. Незнание реалий жизни афганского общества

Несмотря на то что Гани несколько лет был министром финансов Афганистана, одной из его слабых сторон можно считать отсутствие достаточных представлений об особенностях Афганистана. Этот кандидат смотрит на реальные проблемы страны через призму посвященных этому западных изданий. Кроме того, Гани большую часть своей жизни провел на Западе и по большей части работал на западные структуры, а не на благо афганского народа. Возможно, он хороший преподаватель, но до харизматичного  дальновидного политика, любящего свой народ, ему далеко. Сам за себя говорит и тот факт, что в ходе своей предвыборной кампании Гани использовал американского советника, чтобы с его помощью лучше узнать собственную страну.

3. Племенное соперничество

Ашраф Гани считает Хамид Карзая одним из главных препятствий на пути к своему успеху. Причина его разногласий с бывшим президентом кроется в давней вражде между племенными группами гильзаи и дуррани. Карзай принадлежит популзаи, одной из ветвей группы дуррани. В течение нескольких последних веков она руководила племенной группой гильзаи, из которой происходит большинство афганских боевиков, однако ее власть пала в результате Саурского (Апрельского) переворота в 1978 году, организованного левыми силами, в которых офицерами были по большей части гильзаи.

Недовольства, стычки и даже войны в провинциях Кандагар и Гильменд отчасти вызваны соперничеством и разногласиями между племенами. Недавно сторонники Карзая, в частности его братья и другие родственники, напали на избирательный штаб и избирателей Ахмадзая в Кандагаре. После этого инцидента Ахмадзай использовал свое влияние для того, чтобы в западных СМИ братьев Карзая стали называть контрабандистами и мафией Кандагара.n00051144-b

Гани считает Хамид Карзая слабой фигурой не только с точки зрения профессионализма. На его взгляд, бывший президент не оправдал ожиданий в плане управления соперничеством между племенами. Гани убежден, что талибы никогда не договорятся о мире с Карзаем, потому что большая часть их командования и личного состава представлена выходцами из гильзаи. Он верит, что сможет с легкостью усадить талибов за стол переговоров и прекратить войну на юге страны, потому что под началом Карзая пуштуны и особенно талибы не объединятся никогда.

4. Эфемерные и неэффективные программы

За границей Ашраф Гани Ахмадзай опубликовал несколько своих работ, в частности книгу «Восстановление несостоявшихся государств». Однако его проекты для собственной страны, возглавляющей этот список, нельзя назвать очень эффективными.

Ашраф Гани много раз заявлял, что ему принадлежит важная роль в деле создания Конституции и выборе унитарной модели государственного строя. Однако этот созданный им строй за последние пять лет не только привел к кризису и небывалому росту коррупции в государственном аппарате, но и создал условия для развития мощных диктаторских тенденций.

Структурные противоречия в Конституции Афганистана — тоже заслуга Гани Ахмадзая. Он является одним из тех, благодаря которым в нынешних условиях страны рассветает административная коррупция, расхищается помощь мирового сообщества, растет нищета, а законы свободного западного рынка слепо копируются.

Гани относится к числу убежденных противников парламентской демократии, выборов местного руководства и мэров городов. Вместо этого он выступает за централизованную модель правления по образцу эмира Абдур-Рахмана, правившего в 1880 – 1901 годах. Гани заявляет, что у него есть десятилетняя программа развития Афганистана, однако многие эксперты убеждены, что она очень похожа на два плана пятилетнего развития Мухаммада Дауда (премьер-министра и президента страны в семидесятых годах прошлого века), который добивался их реализации диктаторскими методами. Программа Ашрафа Гани не получила поддержки большинства населения Афганистана, которое требует изменения строя и структуры власти в стране. В условиях существования нынешней противоречивой структуры в Афганистане не только обострится кризис законности, но и велика возможность начала новой гражданской войны.

5. Тенденциозность и узость кругозора

Несмотря на то, что Ашраф Гани большую часть своей жизни провел в научных, политических и культурных кругах Запада, до сих пор в его сознании преобладает племенное мировоззрение и свойственная ему тенденциозность. Особо ярко он продемонстрировал эти качества в тот период, когда возглавлял Министерство финансов страны.

Узость кругозора Ашрафа Гани настолько очевидна афганским политикам, что когда он искал себе заместителя, или, по собственному выражению, «символических советников», из числа афганских таджиков и хазарейцев, никто не согласился занять эту должность. В результате этого своим заместителем он выбрал одного пуштуна. Кроме того, когда он хотел выбрать в качестве своего второго заместителя влиятельного лидера хазарейцев Мохаммада Мохакека, тот вместе со своими сторонниками припомнил Гани его дискриминацию по отношению к хазарейцам в период руководства Министерством финансов и отказался от сотрудничества.

6. Личностные характеристики

Ашраф Гани испытывает массу трудностей с психологической точки зрения. Авторитетные СМИ Афганистана и других стран писали, что он перенес рак желудка, который негативным образом сказался на состоянии его нервной системы.  Помимо этого, из всех других кандидатов он известен как человек весьма нетерпеливый, вспыльчивый и резкий. Его близкий друг Ахмад Рашид в своем последнем очерке об Афганистане под названием «Падение в анархию» так описывает состояние здоровья Ашрафа Гани Ахмадзая в период его руководства Министерством финансов: «Раковая опухоль поразила большую часть его желудка и пошатнул иммунную систему. В Министерстве финансов он не мог съесть ни одну полную порцию еды. Из-за этого ему приходилось есть каждый час понемногу. Он сам не знал, сколько ему осталось жить».

Так Ахмад Рашид описывает поведение своего приятеля: «Уже 20 лет, как я знаю Гани, однако он ни с кем не заводит тесной дружбы. Он очень любит проводить время в одиночестве. Многие считают его высокомерным. К сожалению, из-за своего резкого поведения и пренебрежительного отношения к афганцам он снискал дурную славу в кабинете министров Афганистана. Никто не хотел с ним вместе работать. Друзей у него было совсем мало. Другие министры обвиняли его в том, что он всегда стремится принимать решения единолично. В результате многих жалоб на него Карзай был вынужден в 2004 году исключить его из кабинета министров. Лахдар Брахими, который на всех этапах был одним из главных покровителей Ахмадзая, однажды сказал, что когда тот подал в отставку, ни один из министров не вступился за него».

Повторение сценария с подлогом голосов избирателей

Любопытно отметить тот факт, что для укрепления собственных позиций на выборах Гани назначил главой своего избирательного штаба Джеймса Карвилла, речь о котором уже шла в нашей статье. Стоит напомнить, что на выборах в 2004 году во главе избирательного штаба Карзая стоял Залми Халилзад – посол и специальный представитель Джоджа Буша-младшего. Тогда тоже протесты многих кандидатов по факту подтасовки результатов голосования ни к чему так и не привели.

Что же касается выборов в этом году, то есть опасения предполагать, что и на этот раз наблюдатели из Организации Объединенных Наций и Европейского Союза закроют глаза на явные нарушения в подсчете голосов избирателей. Один тот факт, что руководство избирательным штабом Гани возложено на Джеймса Карвилла, заставляет еще больше усомниться в прозрачности прошедших выборов. Поэтому избирательная комиссия, состоящая главным образом из сторонников Карзая и иностранных уполномоченных, может играть ключевую роль в подтасовке результатов голосования в пользу нужного им кандидата.

Коалиция с генералом Дустумом

Роб Крилли (Rob Crilly) в своей статье от 7 июля этого года в британской газете The Telegraph назвал союз Ашрафа Гани с генералом Абдул-Рашид Дустумом «коалицией самим с собой». Кстати, генерал Дустум обвиняется в разжигании гражданской войны, убийстве неповинных людей и жестоких наказаниях собственных военнослужащих.

После разгрома талибов и создания нового правительства при поддержке Соединенных Штатов генерал Дустум стал начальником Штаба верховного командования вооруженными силами Афганистана и представителем Карзая на севере страны. Позднее он получил повышение и занял должность заместителя министра обороны Афганистана. В 2004 году Дустум принял участие в президентских выборах, составив конкуренцию Хамиду Карзаю, и смог получить 10% голосов избирателей в нескольких северных провинциях страны с преобладающим количеством узбекского населения. В связи с этим после выборов в новом правительстве Хамид Карзая генерал Дустум был представлен на должность начальника Объединенного штаба вооруженных сил Афганистана, однако от исполнения обязанностей его отстранили. Это было сделано по требованию генеральной прокуратуры Афганистана, которая обвинила генерала в том, что его люди похитили председателя Совета тюркоязычных афганцев Акбара Бая и нанесли ему побои. Хотя генерал Дустум категорически отрицал это обвинение, оно сильно омрачило его отношения с правительством Хамида Карзая, а его дом в Кабуле на несколько часов был даже окружен полицией.

После этого Дустум переехал в Турцию и жил там продолжительное время. На вторых президентских выборах он поддержал кандидатуру Карзая, который в конечном счете вновь предоставил ему должность командующего Объединенного штаба вооруженных сил Афганистана.

Все эти факты лишний раз свидетельствуют о решительной поддержке генерала со стороны Соединенных Штатов. Его назначение заместителем Ашрафа Гани является частью заранее спланированного плана американцев.

Роковая ошибка

Абдашахид Сагеб в своей статье от 18 августа этого года, опубликованной на сайте афганского информационного агентства Jomhur News, пишет о том, как Ашраф Гани высмеял угрозы губернатора Балха Ата Мохаммад Нура, который предупреждал, что в случае нечестного подсчета голосов он поднимет народное волнение, а может даже возглавит зеленую или оранжевую революцию. Автор статьи пишет о двух опасностях, которые угрожают Гани. Первая заключается в возможности захвата секретариата президента страны (что уже имело место, когда ведомство больше чем на половину было занято сторонниками Абдуллы), а вторая – в объявлении Абдуллы о формировании правительства реформ и интеграции.

Перспектива подписания соглашения о безопасности между Вашингтоном и Кабулом

С объявлением первых результатов выборов в Афганистане, когда Ашраф Гани Ахмадзай был представлен в качестве избранного президента страны, определилась и судьба договора о безопасности, подписания которого так добиваются американцы. Этот кандидат имеет гражданство Соединенных Штатов и, согласно оценкам экспертов по политике Афганистана, довольно близок к политическим кругам США и Пакистана.

Ашраф Гани больше склонен вести диалог с западными странами. По своей природе он технократ, получивший образование на Западе, и имеет хорошие отношения со странами Европы и Америкой. На самом деле его уверенность в том, что для решения проблем Афганистана он может использовать какую-либо тактику, применяемую в западном мире, может оказаться бедственной для страны и ее народа. Если в течение ближайшего месяца в стране сохранится мир и политическая стабильность, можно ожидать, что Ахмадзай незамедлительно подпишет это соглашение.

С другой стороны, этот вопрос весьма важен для афганцев с точки зрения их репутации. Согласно договору, восстановление всех военных сфер и органов безопасности Афганистана входит в обязанности иностранных сил и этот факт окажется определяющим в плане утверждения присутствия в этой стране представителей западных государств. Структура армии и полиции в Афганистане имеет восточный, так называемый русский характер и процесс ее изменения, начавшийся в 2002 году и включающий реформы в области обучения личного состава, замену оборудования и вооружения, так и остается неоконченным. Более того, соглашение создает условия для того, чтобы национальная армия и полиция Афганистана оказались полностью зависимыми от Запада и в частности от Соединенных Штатов. Последствия этого не ограничатся только 2016 годом, а будут иметь куда более затяжной характер.

Третий фактор, имеющий отношение к возможности подписания соглашения о безопасности, касается проблемы военных баз на территории Афганистана и их влияния на афганцев и другие соседние народы. Кроме этого, необходимо учитывать, что присутствие иностранных войск в количественном и качественном отношениях повлияет на расстановку политических сил внутри страны и процесс мирного урегулирования. Тот же фактор сыграет главную роль в судьбе оппозиции в лице талибов. Присутствие иностранных сил также скажется на положении джихадистов и ветеранов прошлых войн, уровне иностранных инвестиций и процессе развития и восстановления Афганистана.

Важным моментом является и то, что затягивая с подписанием данного документа, Хамид Карзай пытался сделать так, чтобы в истории это «капитуляционное» соглашение не связывалось с его именем, а сам он мог продолжать политическую карьеру.

Надо ли бояться Ашрафа Гани?!

Абдашахид Сагеб в статье от 2 января этого года, также опубликованной на сайте информагентства Jomhur News под заголовком «Зачем нужно бояться Ашрафа Гани?», ввиду наличия у этого политика определенного философского склада ума называет его мастером монолога и политическим волюнтаристом. Автор статьи убежден, что Гани не обладает дипломатическим даром и не привык вести диалог с политическими соперниками, а Афганистану сейчас нужен как раз такой лидер. Далее Сагеб, ссылаясь на Платона и Канта, условием победы философа называет отказ от размышления о том, как соотносится та или иная мысль с ее понятием, и уважение законодательства для общего блага.

Журналист приводит свое интервью с Хамидом Карзаем и пишет, что бывший президент страны считает Ашрафа Гани ученым, поведение которого обусловлено не излишней нервозностью, а его философскими представлениями. Все же чем бы не было вызвано подобное поведение, Сагеб считает, что кандидат на пост президента страны не может себя вести так, как это делает Гани.

Автор статьи считает Ашрафа Гани человеком, который не испытывает снисхождения даже к своему заместителю. Так, он пишет о том, что в одной из своих речей Гани, обращаясь к своим соперникам, заявил: «Если вы не можете участвовать в дебатах, посоревнуйтесь хотя бы в козлодрании (национальной афганской игре, напоминающей поло на лошадях с использованием вместо мяча обезглавленной туши козла или теленка), а генерал Дустум пусть выдаст вам коня». Как полагает Сагеб, говоря такое, Гани имел в виду, что генерал Дустум понимает толк только в козлодрании и больше не способен ни на что другое.

В конце своей статьи журналист отмечает, что «раз Ашраф Гани столь смело использует такую грубую лексику, не соблюдая уважения к своим собеседникам и всему народу вообще и не контролируя собственные эмоции, то, придя к власти, он может превратиться в опасного человека».

Выводы

1. Фактически, научные заслуги Ашрафа Гани вызывают большие сомнения. Даже антрополог Мохаммад Джамиль Ханифи утверждает, что при написании своей магистерской дипломной работы ему помогал шурин, а его кандидатская диссертация на самом деле является ее копией.

2. По свидетельствам таких авторитетных лиц, как Мохаммад Джамиль Ханифи и Абдашахид Сагеб, и согласно высказываниям официальных представителей, включая Хамида Карзая и Лахдара Брахими, Ашраф Гани – очень резкий человек и может совершать поступки, совершенно не предсказуемые в психологическом плане. Напомним, что Афганистан — это государство с большим количеством нерешенных проблем. Для любого человека, претендующего на президентский пост в этой стране, необходимо прежде всего проявлять терпение. Возможно, у Гани имеются знания и выдержка для работы преподавателем, однако для осуществления высшего руководства Афганистаном он явно неподходящая фигура.

3. Его прошлый опыт показывает, что на фоне культурных особенностей афганцев имеющиеся у него программы в сфере экономики и политики не смогут решить текущие проблемы. К тому же, занимая пост министра финансов в правительстве Карзая, он не добился значительных успехов, а его участие в разработке Конституции Афганистана напротив породило много трудностей. Выдвигаемый Гани проект экономических реформ по западному образцу не соответствует восточным реалиям Афганистана, поскольку эта многострадальная земля нуждается в таком подходе, который будет основан на местном менталитете.

4. В принципе, Ашрафа Гани Ахмадзая следует считать политическим выдвиженцем Запада. Этот лощеный технократ, привыкший к американским небоскребам, не в состоянии правильно понять свою страну, которая уже долгие годы утопает в крови. Несмотря на это, и в кабинете Карзая, и в ходе избирательной кампании он продолжал кичиться своими политическими и моральными заслугами.

5. Его заискивание перед Западом, объединение с такими двурушниками и лицемерами, как генерал Дустум, проявляемый им волюнтаризм — все это является предвестниками того, что после занятия президентского кресла он станет настоящим диктатором. Обратившись к истории, мы увидим, что у всех диктаторов  в начале их политической карьеры были подобные качества.

6. Ссылаясь на иракский опыт, можно констатировать, что после подписания между Вашингтоном и Кабулом соглашения о безопасности Соединенные Штаты начнут использовать собственную власть и военное превосходство для влияния на политический строй Афганистана, чтобы таким способом привести к власти в этой стране силы, готовые отстаивать американские интересы.

7. По мнению большинства афганского народа и представителей мирового сообщества, самым достойным кандидатом для занятия высшей руководящей должности в Афганистане является Абдулла Абдулла. Причина его поражения, помимо действия внешних факторов, сводится к его личным просчетам и следованию неверным советам, о чем мы еще порассуждаем в нашей отдельной статье. В Афганистане многие журналисты и владельцы средств массовой информации все еще убеждены, что в нынешних сложных условиях этот человек является самым достойным для того, чтобы осуществлять руководство страной. При помощи Америки Ашраф Гани смог убедить избирательную комиссию, правительство Карзая и мировое сообщество в честности своей победы на выборах и извлечь для себя максимальную пользу из просчетов противостоящей ему «партии реформ», поэтому если все дело не закончится широкомасштабным гражданским противостоянием, в недалеком будущем мы будем свидетелями становления чисто проамериканского Афганистана, который будет играть ключевую роль в продвижении прозападного курса в регионе.

С уважением,

О. Акулиничев

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *